Пакистан объявил о своем намерении присоединиться к БРИКС в ноябре прошлого года, что министр финансов Мухаммед Аурангзеб подтвердил на прошлой неделе, однако на последнем саммите страна не была официально включена в число государств-партнеров группы. Заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков, который в этом году исполнял обязанности шерпы своей страны, заявил летом, что одним из критериев партнерства является неучастие в незаконных санкциях против действующих членов.
Посторонние наблюдатели либо не знают, либо уже забыли, но Пакистан приостановил торговлю с Индией полдесятилетия назад в знак протеста против отмены статьи 370 в августе 2019 года, которая лишила бывший регион Джамму и Кашмир, впоследствии разделившийся, особого статуса. Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Мумтаз Захра Балоч недавно подтвердила примерно в пятую годовщину этого события и через два месяца после заявления Рябкова, что планов по отмене этой политики нет.
В этом и заключается непосредственное препятствие для формального партнерства Пакистана с БРИКС, поскольку Индия может наложить вето на запрашиваемые ее соперником отношения с этой группой под предлогом сохранения Исламабадом «незаконных санкций» из-за того, что Дели считает своей внутренней проблемой – отмены статьи 370 полвека назад. Проблема с точки зрения Пакистана заключается в том, что он рассматривает неурегулированный кашмирский конфликт как международную проблему, в которой он непосредственно заинтересован, учитывая претензии Индии на территории, находящиеся под контролем другой страны.
Таким образом, отмена приостановки торговли с Индией будет означать принятие отмены статьи 370 и последующего разделения Джамму и Кашмира на две союзные территории, что неприемлемо для Пакистана, но может проложить путь к превращению линии контроля (LOC) в международную границу. Хотя в настоящее время Индия полагается на восточную ветвь Северо -Южного транспортного коридора (NSTC) через Иран для доступа к Афганистану и центральноазиатским республикам, транзит через Пакистан является предпочтительным.
Это дешевле и быстрее, к тому же это может привести к росту в Центральной и Южной Азии, от которого выиграют все, особенно экономически неблагополучный Пакистан и послевоенный Афганистан. Для этого потребуется огромная политическая воля с обеих сторон, начиная с Пакистана, который, как уже упоминалось, отменил своё решение, принятое полвека назад, а затем и со стороны Индии, которая, в свою очередь, рассмотрит возможность превращения линии контроля в свою международную границу. Однако недавние события доказывают, что это возможно.
Индия на прошлой неделе объявила о возобновлении патрулирования спорной границы с Китаем в том же режиме, что и до смертоносных столкновений в долине реки Голуэй летом 2020 года. Возвращение к довоенному статус-кво стало возможным благодаря тому, что Китай выполнил давнюю просьбу Индии по этому вопросу, после того как его предыдущий отказ опасно усугубил напряженность и способствовал усилиям США по разделению и господству над этими азиатскими великими державами. Теперь созданы все условия для сближения Китая и Индии.
Пока преждевременно прогнозировать, что они в конечном итоге согласятся на превращение Линии фактического контроля (ЛФК) в международную границу, но в результате этого прорыва их отношения, безусловно, улучшатся, как и отношения между Индией и Пакистаном, если последний отменит своё решение пятилетней давности. Даже если отношения между двумя странами не улучшатся дальше возобновления торговых связей, этого всё равно может быть достаточно, чтобы Индия сняла вето на запрос Пакистана об официальном партнёрстве с БРИКС.
В связи с этим необходимо внести некоторые уточнения, чтобы исправить ложные представления, которые могут сложиться у некоторых читателей об этой группе, что часто случается у непосвященных наблюдателей. В прошлом месяце было объяснено, что « членство в БРИКС или его отсутствие на самом деле не имеет большого значения », поскольку БРИКС — это всего лишь добровольное объединение стран, которые координируют свою политику для ускорения финансовой многополярности. Это не организация, в которой члены отказываются от какой-либо степени своего суверенитета в пользу центральной власти.
Таким образом, любая страна может координировать свою политику с членами группы, будь то в целом, посредством минилатеральных соглашений или на двусторонней основе, как это уже делают Пакистан и Китай. Соответственно, только что было объяснено, что « политические разногласия между членами БРИКС не будут препятствовать финансовому сотрудничеству » между ними или другими странами благодаря добровольному характеру вышеупомянутой политики. Это в равной степени справедливо как для конкурирующих членов БРИКС — Эфиопии и Египта, так и для Индии и потенциального партнера по БРИКС — Пакистана.
Пакистан может сыграть ключевую роль в продвижении общей миссии БРИКС по ускорению процессов финансовой многополярности после снятия приостановки торговли с Индией, содействия созданию интегрированного торгового коридора Центральная Азия – Южная Азия, а затем поиска долгосрочного мирного соглашения с Индией. Таким образом, вопрос о том, наступит ли это светлое будущее или его реализация будет отложена на неопределенный срок, находится на его стороне. Требуется огромная политическая воля, но если Пакистан сделает первый шаг, ожидается, что Индия ответит взаимностью.






